Почему запреты не работают с подростками и вызывают протест

Как подростки реагируют на запреты и почему это приводит к скрытности

Когда взрослые что-то запрещают подросткам, они рассчитывают на послушание. Однако запреты нередко вызывают протест: подростки не прекращают делать запрещённое, а начинают это скрывать.

Почему подростки протестуют против запретов, как запреты влияют на доверие — это хорошо видно в эссе ученика 10 класса школы «СОлНЦе» г.

Казани.

«У нас опять что-то запретили? На этот раз энергетики и кофе? Ну ладно энергетики — они действительно сомнительная штука, но кофе-то чем не угодил?» — такими были первые мысли, когда я увидел пост про запрет энергетиков.

Вообще, все подобные запреты кажутся мне абсолютно бесполезными. Давайте по порядку.

Энергетики. Это, в принципе, имеет смысл, потому что в них ударная доза кофеина и таурина, которая, безусловно, оказывает влияние на организм.
Для меня энергетики — это аварийный выход: например, когда по каким-то причинам была бессонная ночь, а днём нужно быть активным — тут поможет баночка сладкой газировки с дозой кофеина.

Энергетик высвобождает остатки энергии, позволяя дольше оставаться активным. Но энергия берётся из резервов, которые потом нужно восстановить хорошим сном. При постоянном употреблении появляется зависимость и хроническая усталость. Да, это всё так. Но это не значит, что люди перестанут их пить.

Насчёт кофе — это вообще какой-то сюрреализм. Или идея в том, чтобы у всех, кому нет 18, не было никакого доступа к кофеину, потому что он вызывает зависимость и мешает спать?
Получается, чай тоже не пьём — только водичка, только ЗОЖ. Я очень люблю кофе, особенно что-нибудь не очень крепкое, с молоком и сиропами.

Он поднимает настроение, согревает в мороз, а если со льдом — то чудесно охлаждает летом.

В общем, если до энергетиков мне в основном дела нет, то за кофе обидно, конечно, особенно потому, что смысла в его запрете я вообще не вижу.
Понятно, что вливать в себя десять чашек американо в день — это нездоровое поведение, но чашка хорошего латте или капучино с утра — это великолепно и не вредно, если знать меру.

Моё бунтарское эго уже хочет каждое утро появляться в школе со стаканом капучино из кофемашины… стоп, я же и так это делаю.

Телефоны. По моему мнению, ничего страшного в диджитализации нет, в том числе среди детей и подростков. Сидеть в телефоне на уроке, конечно же, неправильно, но на переменах это абсолютно нормальная практика. 

Если дети хотят общаться, они будут делать это, даже имея при себе телефоны, а если не хотят — если есть желание уединиться или ненадолго уйти в интернет или игру — пусть так, в этом нет ничего страшного.

Мы живём в эпоху интернета, и проводить время в гаджете естественно. И не только для игр: учебники, домашние задания, электронный журнал — всё в интернете.

Люди любят приводить аргумент, что в эпоху смартфонов дети не играют друг с другом, не бегают, а только тыкают пальцами в экран. Это не так. Конечно, дети играют в игры на устройствах, но они дополняют многообразие способов занять себя, а не уничтожают всё остальное. Дети бегают, играют в теннис, прятки, догонялки и так далее.

Интернет не убил детские игры, и учёбу он тоже не убивает. Всё это, конечно, имхо подростка, выросшего со смартфоном в руке; мнение людей другого возраста может отличаться — и это нормально.

Про школьную форму уже было сказано. Для меня она никогда ничего не значила и не значит до сих пор. Сейчас это просто забавная формальность, «фишка» школы и т. д. Мне не нравится, почти никому не нравится, насколько мне известно. Может, это когда-нибудь надоест директору, и появится что-то иное.

Но для меня главное вот что: все эти запреты (ну, кроме, может, формы) несут в себе только одну «практическую пользу», на мой взгляд.

Дети учатся скрываться и не доверять. Появляется привычка прятать и прятаться, создавать «секретные ордены» и подпольные организации.

От того, что в школе запретили энергетики, дети не перестанут их пить. Они научатся не появляться с ними на глазах учителей и директора.

И единственное, что мы получим в итоге, — укрепление стены, разделяющей мир детей и взрослых, потому что в таком сценарии взрослый = недруг. Ему нельзя доверять, от него нужно прятаться. Это всё поводы для конфликтов между учениками и администрацией и ещё несколько камней в стену недоверия.

На бумаге и в постах из интернета в подобных запретах есть смысл. На практике? Очень сомневаюсь. Для многих, в том числе для меня, это не «я перестану делать это», а «я буду лучше понимать, в чьём окружении мне нужно это скрывать».

Весь этот текст — лишь моё мнение, с которым вы вольны не соглашаться. Не забывайте высыпаться после «энергетического буста» кофеином, делайте зарядку для глаз после долгой работы за компьютером и помните, что у стен есть глаза и уши, а Большой Брат следит за вами.

Подросток поднимает важную тему: запреты не меняют поведение, а переводят его в скрытую форму.

Когда подросткам что-то запрещают без объяснения, они не отказываются от действий, а учатся обходить правила, что со временем снижает доверие к взрослым и усиливает дистанцию в отношениях.

Почему подростки так яростно протестуют против запретов, объясняет психолог Светлана Миленская.  

В этом тексте хорошо слышна главная тема — тема запрета и доверия. Подросток рассуждает не столько о кофе, энергетиках или телефонах. 

Он размышляет о том, что происходит между взрослыми и детьми, когда вводятся ограничения. И его главный вывод — запреты усиливают дистанцию. Это важное наблюдение.

В подростковом возрасте тема контроля особенно чувствительна. Ребёнок уже не чувствует себя маленьким, но и полной автономии у него нет.

Поэтому любые внешние ограничения воспринимаются не только как забота о здоровье или порядке, но и как сигнал: «Тебе не доверяют».

При этом в тексте нет отрицания рисков. Автор признаёт, что энергетики могут вызывать зависимость, что бессонница — реальная проблема, что десять чашек кофе в день — это нездорово. Это говорит о способности видеть последствия. Но дальше возникает другой вопрос: приведёт ли запрет к реальным изменениям поведения?

С психологической точки зрения запрет действительно не всегда снижает интерес. Иногда он его усиливает — особенно если подросток воспринимает ограничение как несправедливое. Тогда включается естественная реакция — протест. Не обязательно открытый, часто — скрытый.

Очень важная мысль из сочинения: дети учатся прятаться. Когда правила не обсуждаются, а просто вводятся, отношения могут становиться более формальными. Взрослый начинает восприниматься как контролёр, а не как союзник.

Это не означает, что запреты не нужны. Ограничения — часть любой социальной системы. Вопрос в том, как они вводятся и есть ли пространство для диалога. Подростку важно понимать логику правил и чувствовать, что его мнение учитывается.

Интересно и отношение к телефонам. Автор вырос в цифровой среде и воспринимает её как естественную часть жизни. Для его поколения гаджет — это не только развлечение, но и инструмент обучения, общения и организации жизни. Разница взглядов здесь во многом поколенческая.

В целом текст показывает не столько бунт, сколько потребность в уважительном взаимодействии. За ироничными фразами про «Большого Брата» стоит желание быть услышанным.

Если смотреть шире, вопрос не только в кофе или смартфонах. Вопрос в доверии между взрослыми и подростками. Там, где есть диалог, меньше потребности скрываться.